2002 год       

 

     "БОЛЬШОЕ ЯБЛОКО НАКОНЕЦ-ТО ПОДАРИТ НЬЮЙОРКЦАМ МОСКОВСКИЙ ХУДОЖНИК  

                           Мозаикой в древности называли картины, посвященные музам. Как вечны музы, так должны были быть вечны и эти картины. Поэтому их не писали краской, а «набирали» из кусочков цветного камня. А впоследствии стали использовать кусочки специально сваренного «глушенного» (непрозрачного) стекла – смальты. Наибольшее распространение это искусство получило в Древнем Риме. Финифть (либо эмаль) рождается в горне: стекловидную массу наносят на металл и затем обжигают. Наши древнерусские ювелиры в совершенстве владели этой техникой. К чему такое отступление, скажет кто-то. А вот к чему. Не буду считать, сколько веков эти два вида искусства шли собственными дорогами. Но вот пришел обыкновенный человек и создал новый вид мозаики. Она так и называется – эмалевые мозаики Андрея МАНДЖОСА. Андрей Львович, что подвигло Вас на создание эмалевых мозаик? Когда я урывками учился в знаменитой Строгановке на художника-оформителя (совмещая это занятие с работой в милиции), меня привлекла фигура Михаила Васильевича Ломоносова. И как целеустремленного человека, и как выдающегося художника по смальтовой мозаике. Я долго «созревал» и вдруг, практически в один момент, подготовил все материалы для создания флорентийской мозаики. Но ни одной работы в этом направлении так и не сделал. Вы затормозили?  Я бросился к перегородчатой эмали, захотелось сделать что-то менее масштабное. А для прототипа хотел взять, например, медальоны императорских корон ( они хранятся в музее «Метрополитен»). Погрузился в работу, чувствую – опять не мое. И – так, отстранено – подумал: не совместить ли мне две техники в одну? Да, нигде подобной технологии не существует, но ведь и блоху когда-то в первый раз наши туляки подковали! И объединил два параллельных декоративных искусства на одном ребре: соединил многокрасочность стекла с микрообъемом каждого отдельного фрагмента. Не поделитесь секретом вашей технологии?  Только без подробностей. Нарезается металл на мельчайшие пластинки, плитки заводской эмали размельчаются в порошок, добавляем воду. Образовавшаяся «сметана» наносится на медные пластины. После высыхания их отправляют на высокий обжиг. Ваши крохотные медные пластинки, покрытые многоцветной эмалью, - своеобразная палитра.  А холст? Сначала подбираю такой клей, который бы соответствовал  моей «подложке». Если угодно –холсту. Им может быть любое дерево, металл, фарфор, стекло, мрамор – что  угодно, лишь бы не гнулось.       Вместо кистей вы пользуетесь…  Пинцетом, различными стоматологическими инструментами. Для клея – пипетка. «Прототипами» ваших эмалевых мозаик служат полотна, «выверенные» веками: Леонардо да Винчи, Врубеля, Хокусая… Есть полочка ювелирных украшений, декоративные вещицы. Сугубо церковные принадлежности. Чему же вы отдаете предпочтение? Я просто творческий человек, который хочет себя выразить в искусстве и что-то в нем отчасти возродить. Ведь не все произведения искусства, о которых вы упомянули, так хороши в настоящее время. А я многим из них даю новую жизнь, - раскрываю глаза ( в прямом смысле слова) ангелу, «восстанавливаю2 прелестный носик Сапфо! Почему я должен уйти с головой во что-то одно? Мне доставляет удовольствие заниматься всем многообразием жанра. И для моей мозаики преград нет: любая плоскость, любой объем ей доступен. У художника почти всегда есть ученики, но ваша мозаика настолько тяжела при сборкеДа-да, именно своим многочасовым однообразием она и отпугивала тех, кто пробовал мне помогать. Выдержала дочь, получилось у сына, и в нескольких вещах помогала жена. Усидчивость в крови и умение заглядывать в будущее, то есть как бы видеть свое произведение завершенным, - вот, что необходимо моим последователям. Самое большое желание есть?  Сделать огромное яблоко и послать в Нью-Йорк. Кто им такое подарит, кроме меня?                                                                                                                                                           Выставка «Эмалевые мозаики Андрея Манджоса» была открыта до 27 марта в столичном Музее Великой Отечественной войны ( улица Братьев Фонченко, дом 10 )."                                                                                                                                                                                 22 марта 2002г. № 50  газета «ГУДОК»,  Ирина Долгополова.                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              

            «НОВАЯ  ЖИЗНЬ  СТАРОЙ  МОЗАИКИ  

         В Центральном музее Великой Отечественной войны открылась уникальная выставка эмалевой мозаики – работ, представляющих собой совершенно новое направление в искусстве.
        Автор этих произведений – бывший следователь Андрей Манджос, закончивший во время службы Строгановское училище, начинал с самой обыкновенной смальтовой мозаики.  Знания, необходимые для создания таких работ, существовали еще в глубокой древности, а наивысшего расцвета мозаика достигла в Византийской империи. Позже в России она была фактически заново открыта М. В. Ломоносовым, но постепенно утратила популярность, воскреснув только в советское время.
А. Манджос признается, что со временем разочаровался в этом виде искусства как в возможности самовыражения, поскольку в мире сейчас очень много мастеров традиционной смальтовой мозаики. От монументального искусства он обратился к миниатюре, увлекшись традиционной техникой эмалирования металлических изделий.   В отличии от смальты эмаль – это высококачественное стекло, и выполненные в такой технике работы производят яркое впечатление. Достаточно сказать, что стоимость золотого кольца повышается на 40 процентов в случае, если оно имеет эмалевую обработку. Однако недостатком эмалирования является различие в необходимых температурных режимах для обжига эмали различных цветов. Именно поэтому так бедна традиционная палитра мастеров этого вида искусства. А. Манджос пришел к выводу, что ни та, ни другая техника не удовлетворяют его, и нашел поразительный по простоте, но почему-то до сих пор никем не используемый выход, - совместил их. Несмотря на простоту замысла, практическое осуществление идеи оказывается весьма сложным и в высшей степени кропотливым делом. Маленькие, нередко крошечные кусочки металла покрываются эмалевой «сметаной», а затем наклеиваются на изделие. Нередко на изготовление одной вещи уходит два года. С появлением техники эмалевой мозаики, уже запатентованной изобретателем, был совершен действительно качественный скачок и в искусстве, и в ювелирном деле. Прежде эмалью можно было покрывать только металлические предметы, причем выбирая определенный цвет, который не позволил бы металлу расплавиться при обжиге, так что об обработке других поверхностей – дерева, кости, перламутра – речи в принципе быть не могло. Теперь же взору посетителя выставки представлены самые разнообразные изделия, в том числе и объемные. Цветовая палитра является еще одним безусловным достоинством открытия А. Манджоса: в распоряжении мастера оказывается целый спектр цветов, о совмещении которых в традиционной технике нельзя было и мечтать. Выполненные работы по своим размерам не могут быть отнесены к миниатюре, однако по впечатлению, которое они производят, - вполне. Вместо грубых больших осколков низкокачественного тусклого стекла, составляющего материал  традиционной мозаики, - яркие мерцающие частички, позволяющие изображать такие немыслимые для обычной мозаики детали, как усы леопарда или черты лица знаменитой Джоконды, над которой мастер трудится в настоящее время.Сюжетами для А. Манджоса служат в основном знакомые всем шедевры мировой живописи, такие, как «Голубые танцовщицы»» Э. Дега, или известные иконы. Однако в новом исполнении они начинают звучать абсолютно по-иному, превращаясь в совершенно самостоятельные произведения искусства и вызывая неизгладимое впечатление, которое отмечают все без исключения посетители, оставляющие восторженные отзывы о работах мастера. Как отмечает, например, Лариса Пешехонова, старший научный сотрудник Оружейной палаты, «аранжированные в технике Андрея Манджоса произведения разных эпох и стилей приобретают новое декоративное звучание, яркость, глубину и звонкость красок, свойственные только эмалям.»  

Апрель 2002г,.  № 14, газета «КОНТИНЕНТ»,  Борис КОМОЦКИЙ мл.  

 

             

                           "ЭМАЛЕВАЯ  МОЗАИКА  АНДРЕЯ  МАНДЖОСА    

        Нам часто кажется, что все возможные в этом мире ювелирные техники уже давно придуманы, новых открытий уже не может быть. Это происходит, видимо, потому, что смотрим мы на них все время под одним углом и применяем их традиционно. Но бывает так, что "традиция" заиграет совершенно новыми красками. В Центральном Музее Великой Отечественной войны состоялась персональная выставка эмалевых мозаик Андрея Манджоса "Мозаика ХХI века". Что же это такое - эмалевая мозаика Манджоса? Медный лист разрезается на тысячи мелких пластинок - от 5 мм до 1,5 см. Затем они покрываются сухой эмалью и запекаются а специальной муфельной печи при температуре, достигающей 900 градусов. Ювелиры знают, что каждый цвет  при одинаковой температуре "ведет себя" по-разному. Художник старается обжигать пластины одного цвета. "Выходит" из огненной печи еще не картина, а только материал для нее. После этого художник начинает творить: он осторожно наклеивает цветные пластинки на эскиз, тщательно подбирая цветовую гамму. Эмалевые пластинки можно наклеивать на любую поверхность - дерево, металл, ракушки ... И художник использует эту возможность в полной мере. В своей технике А. Манджос делает не только картины, но и целые серии украшений, как, например, браслеты, кольца и сережки а-ля змеиная кожа. Одна из серий называется "Прикосновение пантеры". Так, кольцо из этого цикла украшений имеет магическое сочетание цветов - фиолетовый, красный, черный... Но, пожалуй, самым экзотичным было крупных размеров кольцо "Черепаха Тортилла" с золотым ключиком в зубах. Оно выполнено из различных оттенков зеленых и желтых цветов эмали. В этой работе художник соединил вместе серебро, золото, медь, эмаль, дерево, кожу и мех. На выставке была представлена галерея мозаичных портретов известных людей: Михаил Боярский - в роли д'Артаньяна ( фильм "Три мушкетера"), Никита Михалков - в роли Александра III (фильм "Сибирский цирюльник"). По-иному предстали перед нами врубелевские "Демон" и "Царевна-Лебедь", "Голубые танцовщицы" Э. Дега и портрет Петра I, выполненный с флорентийской мозаики М.В. Ломоносова. " Техника исполнения - впечатляет! – сказала Анастасия Демидова, руководитель творческого отдела Международного художественного Фонда. - Сложно сказать, что это - ювелирное, монументальное или декоративно-прикладное искусство... "     Наверное, не случайно, один из итальянцев, Лука Паскуллини, посетивший выставку, увез к себе - на родину Флорентийской мозаики - буклет, рассказывающий об изобретении русского художника Андрея Манджоса.  Итак, первая выставка Андрея Манджоса оказалась удачной. Будем ждать его новых оригинальных работ. Ведь всегда интересно, как человек развивает свой дар.”

 Журнал "ЮВЕЛИРНОЕ  ОБОЗРЕНИЕ", апрель 2002 года, Мария Алешина.

 

 

       "ЕЩЕ  ОДНА  ТЕХНОЛОГИЯ  МОЗАИКИ

Музей Великой Отечественной войны 1941-1945гг..

       Мозаика, собранная из огромного количества крохотных медных пластинок, покрытых многоцветной эмалью, является новым приемом работы с классическим материалом, который, несмотря на многовековое существование мозаичных и эмальерных техник, не имеет аналога ни в истории мозаик, ни в истории эмали. Мастер первый применил технологию смальтовой мозаики для ювелирной эмали, а эмаль уподобил смальте. Творческий метод А. Манджоса сформировался под влиянием смальтовых мозаик М.В.Ломоносова и византийских перегородчатых эмалей. Над каждым своим произведением он работает около двух лет. Трудоемкая ручная работа, длительный технологический процесс - обжиг мельчайших кусочков металла с полихромными эмалями, каждый цвет которых имеет свою температуру плавления, - кропотливый мозаичный набор требуют удивительного терпения и скрупулезности. Уникальную технологию А.Манджос использует для создания реплик на темы известных шедевров мирового искусства. Благодаря тому, что все эмалевые элементы набора обладают своим микрообъемом, по-своему преломляют и отражают свет, в этих работах создается особая живописно- пластическая выразительность и драгоценность фактур, напоенных искрящимся цветом. Аранжированные в технике Андрея Манджоса произведения разных эпох и стилей приобретают новое декоративное звучание, яркость, глубину и звонкость красок, свойственную только эмалям. Камерность этих эмалевых мозаик позволяет отнести их к мозаичной миниатюре, каждый фрагмент которой обжигается, как отдельное ювелирное изделие. Так, например,  изготовленная автором мозаика "Петр I" в четыре раза меньше своего прототипного оригинала, выполненного из смальты Ломоносовым. В настоящее время художник со своими учениками работает над созданием макета Покровского собора - храма Василия Блаженного в Москве, над коллекцией женских украшений, предметами церковного культа, а также мозаичной малой пластикой."

Газета "ДИ", приложение к журналу "ДИ" ( "Декоративное искусство"), апрель 2002г.,  № 4.

 

 

                                          "ФЕНОМЕН ДОМА НОМЕР 11 

       Картинная галерея “Неизвестный солдат” расположена в весьма необычном месте – в подъезде жилого дома по ул. Большая Набережная. Придумал и создал эту галерею художник Андрей Манджос.
          Самое удивительное, что работы висят уже полгода – и никаких попыток столь распространенного у нас обычного бытового варварства. Во всяком случае, основатель галереи за картины не боится и рассуждает так: “Наверное, я мог бы договориться с какой-нибудь библиотекой, школой. Но кто бы там эти работы увидел? А здесь на них смотрят по крайней мере жильцы подъезда”. Идея проекта в том, чтобы привлечь внимание к теме Великой Отечественной войны. Андрей Львович сотрудничает с поисковым движением “Родина”. Этой организацией за последние 10 лет перезахоронено 120 тысяч погибших воинов, установлены имена примерно 15 тысяч солдат, считавшихся без вести пропавшими. Впрочем, Андрей Манджос знаменит не только этим стремлением максимально приблизить искусство к народу, которое, кстати, уже снискало поддержку и одобрение его коллег.
         В январе 2002 года в Российское агентство по патентам и товарным знакам подана заявка  за  № 2002100219 на изобретение “Мозаичное изделие А. Л. Манджоса”. Андрей Львович Манджос, юрист-правовед по образованию, работал следователем, параллельно окончил Строгановское училище по специальности художник-оформитель. В конце 80-х заинтересовался смальтовыми мозаиками, изучал труды М. В. Ломоносова. А с 1993 года стал делать мозаики, собранные из огромного количества крохотных медных пластинок, покрытых разноцветной эмалью. Таким образом, мастер впервые в мире совместил технологии смальтовой мозаики и ювелирной эмали. Интересно, но путано, в том смысле, что непонятно, как он делает свои работы и в чем тут новаторство.
         Попробуем объяснить. Ювелирная эмаль представляет собой поверхность, на которой крепятся перегородки из проволоки. В пространство между перегородками кладется эмаль. Потом – уже в готовом виде - вещь выпекается в печи. А Манджос решил наносить эмаль на медные пластинки, выпекать их, а потом наклеивать цветные кусочки на любую поверхность     ( предпочитает деревянную). В отличие от смальтовых работ, выложенных на цементе в металлических сковородах, эмалевые мозаики легки и прочны, сделать их можно только вручную. 
          В ноябре 2001 года состоялась первая персональная выставка работа А. Манджоса, а в декабре того же года автор выступил с докладом на I Международном ювелирном конгрессе. Новая методика заинтересовала многих и уже получила признание столичных искусствоведов. У мозаик Манджоса появились потенциальные покупатели, но свои работы мастер пока не продает: их еще мало, около 30. Все они существуют в единственном экземпляре: точную копию сделать невозможно, во-первых, потому, что нереально точно подобрать идентичные по форме кусочки меди, во-вторых, нельзя добиться абсолютного сходства в цвете готовых пластинок, так как оттенок цвета эмали меняется при выпечке за доли секунды. Вообще мозаики – дело кропотливое и трудоемкое, главный инструмент, который использует автор, - пинцет. Например, первое свое произведение А. Манджос делал два года.”

 Газета “КУЛЬТУРА” от 30 мая 2002 г., Анна Эпштейн .

 

 "МОЗАИКА  XXI  ВЕКА

          Квартира Андрея Львовича Манджоса похожа на музей. На стенах - портреты Александра Македонского и Петра I, Михаила Боярского и Никиты Михалкова, "Демон" Врубеля. Все это создано самим Андреем Львовичем. Это мозаика. Манджос делает мозаичные картины, каждая из которых состоит из нескольких десятков тысяч(!) маленьких квадратиков, покрытых горячей эмалью. Его творчество - это нечто  принципиально новое в декоративно- прикладном искусстве. В отличие от традиционной мозаичной техники, согласно которой в печь кладется уже почти готовое произведение, покрытое эмалью, Манджос решил "выпекать" все мелкие детали по отдельности, а потом из них, выбирая цвет, составлять картину. По традиционной технологии цвет подобрать трудно: что получилось, то получилось. А у Манджоса все зависит только от желания художника. Медный лист разрезается на тысячи мелких пластинок, каждая длиной от 5 до 15 ( М.А.Л. "от 1 до 20") миллиметров. Они покрываются сухой эмалью и запекаются в специальной муфельной печи при температуре до 900 градусов по Цельсию. Каждый цвет при одинаковой температуре "ведет себя" по-своему, поэтому может получиться несколько оттенков белого, синего, зеленого... Выходит из "печи огненной" еще не картина, а только материалы для нее. Эти детальки сами по себе - маленькие ювелирные изделия. Они осторожно, пинцетом наклеиваются на нарисованный на деревянной доске эскиз. Основная проблема - это подборка цветовой гаммы. Манджос может по несколько раз приклеивать и отклеивать эмалевые пластинки, пока сердце не подскажет: "Вот оно!" Андрей Манджос соединил два известных понятия - мозаика и эмаль - в одно: "эмалевая мозаика". Зачем обжаривать в печи целую работу, как это делается в традиционной мозаичной (М.А.Л.: "эмалевой") ? Это кропотливое занятие ( М.А.Л. - "наоборот!"), и при том много времени тратиться на устранение брака. А если обжигать отдельно все детали и потом составлять картину? Так подумал Манджос, когда корпел над очередной картинкой в стиле классической перегородчатой эмали. Он ее так и не доделал... ( М.А.Л. - ?!)  "Я не переживаю, если от моей картины вдруг случайно что-то отклеится ( М.А.Л. - "повредится!"), -  объясняет автор.- Можно взять клей и снова приклеить эту деталь. Я могу сделать целую картину, посмотреть на нее свежим взглядом, понять, что все (М.А.Л. "что-то !") не так, оторвать эмалевые частицы и начать работу сначала." Андрей Манджос живет в Москве, в Тушино. Там же, в квартире, находится его мастерская, и все ее работники: помимо самого Андрея Львовича, его жена Вера, 19-летняя дочь Саша и 14-летний сын Паша. 

          После школы Андрей Манджос поступил в Высшую школу милиции. Затем несколько лет был следователем. Не бросая работы, поступил в Московское высшее художественно-промышленное училище ( бывшее Строгановское) и закончил его по специальности художник-оформитель. Еще во время учебы увлекся мозаикой. На дежурствах не терял времени даром - прямо на рабочем столе раскладывал краски, кисти, листы ватмана и рисовал будущие мозаики. Но эти картины так и остались на ватманах... ( М.А.Л. "эскизы монументальной смальтовой мозаики"). "Я сам не помню, когда пришел к новой технике, - говорит Андрей Львович. - Я пробовал и мозаику из смальты - это такие цветные стеклышки, - и работу с перегородчатой эмалью, но хотел сделать что-то свое. Сижу за столом и на бумаге выцкладываю из маленьких квадратиков картинку. Потом стряхиваю их и снова выкладываю.  После окончания института я зачитывался Ломоносовым, очень увлекся его творчеством. Книга о ломоносовских мозаиках "Ломоносов-художник" стала для меня учебником. Но Михаил Васильевич делал мозаики из смальты, продолжая традицию Византии. Удивляюсь, почему он не придумал делать мозаику из эмалевых пластинок..."  А начиналось все с обнаженной красавицы - "Маленькой Веры", которую художник поместил в красивую красно-желтую рамку с причудливыми загогулинами на доске для резки овощей. Задумка родилась, когда Андрей Львович стал украшать старый сервант в гостиной. Хотел на двери и боковые стенки поместить какую- ни будь картинку. Пейзаж - это скучно, а женское тело - излюбленная тема художников. Вот и решил Манджос оформить шкаф и назвать "Эротика". Что ж, вполне оригинально. "Когда я думаю о будущей картине, перед моими глазами проходит много лиц, - объясняет автор,-  но мне, как художнику, интересны не все, а только самые колоритные. Вот Боярский, например. Я хотел потренироваться в игре разных оттенков белого и коричневого в его воротнике, шляпе, морщинках в уголках глаз. По-моему, получилось. А с Брюсом Уиллисом вообще мы долго мучались - я и дочка. Она почти в совершенстве освоила технику, и многие работы мы составляли вместе, порой критикуя друг друга. Мы все никак не могли подобрать "крепкому орешку" нужный цвет. В результате Уиллис получился у нас красно-желтый. Он же всегда в фильмах герой, спасатель, выходит победителем из перестрелок. " "А сами "звезды" знают, что они увековечены вами? Может, кто-нибудь купить захочет? " "Не знаю, вряд ли. Лично с ними я не разговаривал, но может, что-то про выставки слышали. А еслизахотят купить, пожалуйста. Я продам."

          Манджос делает работы не только с фотографий, но и с других мозаик. "Петра I" он повторил по работе Ломоносова. В оригинале картина в четыре раза больше и в 10 раз тяжелее и сделана по принципу смальтовой мозаики. Работу же Манджоса легко держится на гвоздике. Несмотря на внешнее сходство портретов в эмалевой работе есть и авторская изюминка: глаза у Петра разные - один широко открыт, другой хитро прищурен. "Над "Петром" я трудился около двух лет, - говорит Андрей Львович.- Глаза делал в разное время. Вот так и получилось. Я посмотрел и решил: пусть остается. Так даже интригующе: левый - глаз Петра-правителя, правый - Петра- человека."  Для того, чтобы представить размах творчества Манджоса, достаточно немного цифр. В портрете Петра размером 42 х 32 сантиметра около 20.000 эмалевых пластинок. Примерно такое же количество ушло в брак. В портрете Михалкова - около 9.000. Художника часто привлекают не цветные репродукции, а тусклые ветхие фрески или картины. По ним он делает красочные изображения, домысливает цвета. Вот, к примеру, древнегреческая поэтесса Сапфо работы Манджоса. На старой фреске не было видно даже носа, а с эмалевой картины на нас смотрит лицо "десятой музы" с лукавым взглядом и завлекающей улыбкой, в руках - тетрадь и перо. Вовсю идет работа над "Джокондой Манджоса". Наполовину задрапированная бордовым бархатом, картина стоит, прислоненная к стене. По ней можно проследить один из этапов работы художника. Карандашный рисунок - почти копия ( М.А.Л. - ???!!!)  знаменитой работы Леонардо да Винчи. Эмалевой мозаикой выложены волосы, глаза и губы - все детали переданы в мельчайших подробностях. "У нее уже есть поклонники гордо говорит автор.- Один полковник МВД так восхищался ее губами, что даже пытался поцеловать. Я удержал его" ( М.А.Л. - "не пытался, не удерживал").  

          У Манджоса сейчас около трех десятков работ. Среди них и попытка передать в мозаике известных "Танцовщиц" Дега, "Демона" и "Царевну- Лебедь" Врубеля, даже круглый ацтекский календарь солнца, который в натуральную величину имеет в диаметре около трех с половиной метров, а у Манджоса - раза в 4 меньше, да еще с рельефным изображением. В своей технике Манджос делает не только картину, но и ювелирные украшения - у него целая серия браслетов а-ля змеиная кожа, колец, сережек. Еще не завершена серия с необычным названием "Прикосновение пантеры". Андрей Львович вырезает с помощью гравировальной машинки из неотесанного куска дерева украшения, наклеивает эмалевые пластинки и декорирует мехом. Получаются очень экстравагантные штучки. Любая модница позавидует жене художника, у которой есть возможность все это примерить и поносить. В ход пошел даже фарфоровый бегемот. Невзрачный и надоевший, он превратился в мраморного цвета эмалевого красавца. Ломоносов из всех видов искусств выбрал мозаичное - наиболее выразительное, монументальное, хранящееся веками. Манджос создал свое искусство. Не скудеет земля русская талантами - людьми энергичными, умными, пытливыми, способными создавать новое, изобретать."

      Июль 2002 года - журнал "ЛАЗУРЬ" № 7, Мария Алешина.

 

«ЧТО ТАКОЕ БУХЕНВАЛЬД?»

 

Стало уже горькой привычкой называть нынешнее время циничным и бездуховным. Но и сегодня находятся энтузиасты, своим примером опровергающие этот постулат. Один из них - московский художник и  руководитель поискового отряда 'Находка' Андрей Манджос, который создал свою уникальную общественную галерею "Неизвестный  солдат" прямо а подъезде.

Ознакомиться с ее экспозици­ей может любой желающий, по­скольку все находки и картины располагаются в подъезде жило­го дома номер 11 по Большой Набережной улице. Поднимаясь по лестнице, гость может взгля­нуть на газетные вырезки времен Отечественной войны, предметы, найденные энту­зиастами из поискового отряда, а также на многочисленные кар­тины, посвященные военной те­матике. Над витриной, за кото­рой можно увидеть гранаты, патроны, остатки утвари и экипировки русских солдат, причем не только Великой, но и первой Отечественной войны 1812 года, висит напоминание всякому по­сетителю: 'Только в битве под Москвой с конца сентября 1941 года по январь 1942 года про­пало без вести более 320 тысяч бойцов московского народного ополчения".

За последние десять лет поис­ковики-энтузиасты нашли и тор­жественно перезахоронили 120 тысяч погибших воинов, вернули из небытия свыше 15 тысяч имен . без вести пропавших. Однако далеко не всегда они встречают понимание со стороны чиновников. Вот и "Находку" недавно выгнали из помещения в Красногорске, где располагался их штаб, а вместо поисковиков разместили баптистов. В результате люди, которые на общественных началах занимаются таким трудным и важным делом, оказались на улице.

Теперь гражданам, которые хотят получить сведения о своих близких, узнать, где находятся могилы их отцов, дедов, просто некуда обратиться. В то же время уже сейчас сделано полтора миллиона запросов о пропавших без вести - и вся эта работа ложится на плечи нескольких сотен

23 июня 2001 года галерея про вела без всякой поддержки администрации художественный конкурс "Подвиг неизвестного солдата", посвященный 60-летию начала Великой Отечественной войны, который вызвал большой интерес. При этом только студия военных художников имени М.Б. Грекова оказала галерее моральную поддержку. Между тем тогда не нашлось ни одной организации - ни государственной, ни общественной, ни частной, которая бы посодействовала осуществлению этого мероприятия.

И вот спустя' почти год история повторяется. В 2002 году отмечаются сразу три знамена тельные даты: 60 лет Ледового побоища, 190 лет Бородинской битвы и 60 лет битвы под Москвой. В январе 2002 года галерея выступила с инициативой провести 6 апреля на Поклон ной горе в Центральном музее Великой Отечественной войны подведение итогов художествен­ного конкурса "Кто с мечом к нам придет...". Организаторы обра­щались в президентскую адми­нистрацию, Министерство куль­туры, Госдуму, Гордуму, мэрию, фонд Горбачева и многие другие общественные организации. Никто не проявил ни малейшего интереса. В результате планы так и остались планами.

   Несмотря ни на что, отряды поисковиков и галерея А. Манджоса продолжают работать. Сам директор экспозиции не теряет надежды на лучшее: есть много новых идей, реализацией которых он намерен заниматься совместно со всеми, кому не без-

различно это дело. Среди задумок - специализированное издание, посвященное памяти русских солдат, погибших во всех войнах. Через Интернет объяв лен конкурс на создание памятника всем павшим на фронтах Второй мировой войны.

Невнимание властей и общественных организаций А. Манджос понимает по-своему и считает, что наступит время, когда все изменится. Он убежден, что "когда-нибудь кому-нибудь ста нет очень стыдно за все происходящее сейчас". И добавляет: "Я тут направил молодых журналистов - будущих военных корреспондентов - провести опрос на улице среди молодежи: по интересоваться, знают ли ребята, что такое Бухенвальд. Сколько они вшестером ни бегали по Москве, ни один им правильно не сказал. Ответов было много: и система оружия, и композитор, в общем, в лучшем случае ''мужик какой-то*. Приехала корреспондентка из "Комсомольской правды». Я ее спрашиваю, что та кое Бухенвальд. Понятия не имеет. На следующий день приходит журналистка из газеты "Куль тура". Разговоры про культуру, про картины, про мозаики. Делюсь с ней впечатлениями от вчерашней посетительницы, а она на меня смотрит круглыми глазами: "Бухенвальд? А что это?" Поэтому, когда меня спрашивают, зачем ты этим занимаешься, я отвечаю« что хочу, чтобы мой сын знал, что такое Бухенвальд".

Записал Борис КОМОЦКИЙ- младший

Газета «Континент».  № 18-19 . Апрель- май 2002 года

 

 

 
   

<<<